Главная | Жилищные вопросы | Комментарии по усыновлению детей

10 советов тем, кто решил усыновить ребенка

Порядок усыновления

Мне часто задают вопрос: Могу сказать честно, что я не мечтала о приемном ребенке — это решение было выстраданным. Череда разочарований… Замуж я вышла довольно рано, в 18 лет. Мы с мужем очень хотели детей, сразу же приступили к делу, но беременность не наступала. Мой юношеский максимализм не позволял смириться с ситуацией — все мысли были заняты планированием. Я очень не люблю вспоминать этот период — следующие три года ассоциируются с пустыми надеждами.

Казалось, что дальнейшая жизнь — это череда обследований и новых разочарований.

Удивительно, но факт! Основанием для решения вопроса о возможности усыновления конкретного ребенка является заявление кандидатов в усыновители с просьбой об установлении усыновления, которое подается ими в суд по месту жительства нахождения ребенка в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством. Усыновители не получают зарплату за свой труд, как приемные родители.

Изменили мою жизнь две неудачные попытки ЭКО. Вскоре мы развелись — наши отношения не выдержали такого испытания. Приемный сынок Ванечка Принять решение об усыновлении было непросто, но мысленно я уже была беременна. Я не хотела спорить с природой — мой ребенок будет рожден сердцем.

Утром я была на консультации в Службе по делам детей. Инспектор рассказала, какие нужно собрать документы, сообщила о том, что все дети на усыновление с тяжелыми диагнозами и закончила прием. И добавила, что мне нужно сначала выйти замуж, потому что усыновители-одиночки вызывают подозрение. Я твердо решила, что скоро стану мамой, поэтому начала готовить документы.

Череда разочарований…

Несколько дней потребовалось на то, чтобы собрать медицинские выписки и пройти основных специалистов, подготовить справку о доходах. Проблем с обследованием жилищных условий не возникло, поэтому Акт осмотра подписали быстро. Когда весь пакет документов был готов, через 10 дней инспектор выдала мне заключение, которое давало право знакомиться с детками-сиротами. В нашем городе детей без тяжелых диагнозов со статусом не было, поэтому я стала обзванивать Службы в других городах Украины.

В Харькове мне предложили посмотреть годовалого мальчика, но предупредили, что от него отказалось уже три пары усыновителей. Я решила рискнуть и на следующий день получила направление в тот специализированный дом малютки, где он находился. Я очень волновалась, а когда мне принесли ребенка, казалось, сердце выпрыгнет из груди. На первый взгляд ему было не больше месяцев. Он внимательно смотрел на меня своими черными глазами и совершенно не реагировал на игрушки, который я ему привезла.

Пока я рассматривала малыша, главврач зачитывала диагнозы. Мне разрешили продолжить знакомство с ребенком в холле и, наконец-то, оставили нас вдвоем. Он очень отставал в развитии, не воспринимал обращенную к нему речь, не проявлял интерес к игрушкам. Но где-то в глубине души я была уверена, что этот мальчик — мой сын.

Однажды взяв его на руки, я уже не могла отказаться от него. Я сразу решила, что назову его Ваня. Неоценимую поддержку мне оказал мой руководитель — он без лишних вопросов отпускал меня с работы для поездок к ребенку и потихоньку готовил мне замену на время декрета. С каждой встречей я привязывалась к малышу все сильнее и с огромным трудом возвращала его воспитателям.

А Ваня привыкал ко мне, появились первые эмоции. После третьей встречи я подписала согласие на усыновление. Бумажная волокита сводила меня с ума — постоянно не хватало какого-то документа, хотя у ребенка был официальный статус. Суд назначили только через три месяца — казалось, ожидание будет длиться вечно. Чего мне стоило уговорить судью не откладывать заседание — это отдельная история.

Суд прошел в назначенное время — решение вступает в силу через 10 дней и можно забирать сыночка домой. Казалось, он понимает, что его ждут перемены — очень внимательно всматривался в мои глаза, следил за каждым движением. Когда мы приехали домой, мое счастье было безграничным — я стала мамой! Ваня не доставлял мне хлопот, привык развлекать себя самостоятельно. Он играл своими пальчиками, уголком одеяла, любой тряпочкой, которая попадала ему под руку. А еще он очень любил раскачиваться — это типичное поведение для детей из детских домов.

Каждый прием пищи заканчивался диким плачем. Как только еда в тарелке заканчивалась, Ваня начинал горько плакать. По незнанию я сделала большую ошибку — увеличила порцию. Ребенок привык кушать определенную пищу в небольшом количестве, поэтому организм сразу же отреагировал на новый рацион — мы попали в реанимацию с сильной сыпью. Ваня очень отставал в развитии, поэтому я ежедневно, практически с утра до вечера занималась с ним в форме игры. Мы учили простые основы — Ваня не знал элементарных вещей.

Удивительно, но факт! И тут он так просто говорит мне: В опеке разговаривают прямолинейно, грубо.

Специальные упражнения и упорные занятия дали результат — сынок научился стоять, правда, пока на носочках. Из-за тонуса в мышцах он не мог встать на стопу, но потихоньку учился ходить. Сынок стал для меня самым родным человечком в мире, каждую секунду дарил положительные эмоции. Той психологической адаптации, о которой я читала в книгах, у нас не было — мы гармонично влились в жизнь друг друга.

обращали комментарии по усыновлению детей окружающих

Конечно, мой привычный ритм жизни кардинально изменился — Ваня часто болел, тяжело переносил даже небольшое повышение температуры. Я мечтала усыновить еще одного мальчика, даже думать не хотела о беременности — переживала, что тогда Ваня будет чувствовать себя чужим, приемным.

Удивительно, но факт! Помните, что вы должны привести ребёнка в самые комфортные условия, в дом со здоровым семейным климатом, где он не будет чувствовать дискомфорт, наблюдать ссоры и ощущать себя лишним.

К тому же, я всегда мечтала о двойняшках или погодках — почему бы не исполнить детскую мечту? Когда Ване было два года, я опять пришла в Службу по делам детей. В этот раз меня встретили очень радушно, интересовались, как проходят наши будни. Документы я собрала быстро и уже через месяц держала в руках заключение. А вот поиски малыша оказались очень сложными. Все дети, которых мне предлагали посмотреть, имели тяжелые диагнозы, я не готова была брать на себя такую ответственность.

Через 9 месяцев после того, как я получила заключение, мне позвонили со Службы и предложили посмотреть девочку. Конечно, уже на следующий день я приехала с ней знакомиться. Хотя я хотела еще одного сыночка, сразу поняла, что именно эта девочка должна стать моей дочкой. В тот момент, когда она сидела у меня на руках и ела банан, я поняла, почему так долго не могла найти ребенка — ждала именно ее, мою Настеньку.

Меня не испугали даже ее диагнозы. А еще она очень боялась незнакомых людей, особенно мужчин — био-родители сильно ее били. Официальный статус она получила за неделю до того, как я с ней познакомилась, поэтому раньше мне не предлагали ее кандидатуру для усыновления. Постепенно я смогла заслужить ее доверие, и она с нетерпением ждала моих визитов. Ваня сразу с ней подружился, они очень плакали, когда нужно было возвращаться в группу.

Я была уже более опытной, поэтому обратилась за помощью к адвокату. Он быстро подготовил все документы и назначил суд через 10 дней. Инспектор уговаривала меня провести дополнительные обследования — было подозрение, что у Насти умственная отсталость. Но я не могла так предать эту девочку, которая поверила мне, поэтому решила, что пока не хочу знать правду.

Пообещала, что мы обязательно обследуемся, но только после суда, когда будем дома. С Настей я узнала, что такое адаптация. Дома она прятала еду во все укромные уголки, ложилась на кучу игрушек, закрывая их от всего мира своим телом, билась головой о стены, если что-то было не так, как хочет она. Первый год был очень трудный в психологическом плане — с Ваней у меня не было таких проблем.

Поскольку вы здесь…

Настя хотела внимания ежесекундно, очень ревновала к брату, но при этом сильно его любила. Казалось, она сама страдает от того внутреннего конфликта, который был в ее душе. Постепенно мы стали понимать друг друга, стали мамой и дочкой, а не няней и подопечной. Настя поняла, что я приму ее любой, независимо от того, как она себя ведет. Хотя дочка еще не могла говорить и выражать свои мысли, было ощущение, что она расслабилась, поверила в то, что это ее дом навсегда, и я не верну ее обратно. Чтобы легче пережить адаптацию, нужно принять малыша таким, какой он есть.

Не стоит возлагать на него несбыточные надежды и проецировать собственные мысли — это отдельная личность со своим характером и определенными особенностями. Детский дом накладывает на ребенка отпечаток, влияет на поведение и мировосприятие — нельзя отрицать этот факт. Не стоит ожидать от ребенка благодарности за то, что взяли его в семью. Зачастую усыновители принимают это решение, руководствуясь собственными потребностями и желаниями, поэтому основная ответственность лежит на родителях, а не на детях.

Когда он поверит родителям, его поведение изменится. Детям я рассказала правду о том, как они появились в моей жизни. Эту информацию они восприняли нормально, на наших взаимоотношениях она никак не отразилась. Конечно, полностью устранить все проблемы со здоровьем не удалось, но многие неврологические нарушения удается корректировать. Детям очень тяжело дается учеба в школе, но они добрые, веселые, искренние ребята. Мои дети оказались творческими натурами. Ваня занимается вокалом, стал Лауреатом Всеукраинского фестиваля.

Он очень вдохновился своей первой победой и готовится к фестивалю международного уровня. Но вокал — не единственное его увлечение. Мышечная дистония мешает Ване заниматься активными видами спорта и даже обычная езда на велосипеде пока является для него сложнейшим занятием, но он не сдается.

Благодаря этой проблеме он стал ценить даже малейшие достижения.


Читайте также:

  • Сбербанк какие документы нужны для ипотеки
  • Развод если у жены инвалидность
  • Оплата услуг адвоката по договору